Анатолий Радов - Холодная кровь [СИ]

Дара снова чиркнула зажигалкой и поглядела на люк. Главное, чтобы не завалило. Свистевший фугас упал где-то совсем рядом, может во дворе, а может даже попал в дом. Хотя нет, тогда бы пыль проникла даже сюда сквозь щели в полу, а её вроде нет. Не чихаю же.

Намучившись с лестницей, которая здесь была в более плачевном состоянии, чем та по которой она поднималась на чердак, Дара, наконец, смогла приоткрыть люк и выглянуть в образовавшийся проём. Дом вроде целый.

Снова прислушалась к взрывам. Теперь те были только где-то там, в центре, а может и на южных окраинах, и она решила выбираться.

18

Физически и духовно было муторно. Нет, я уже не парился по поводу бурной ночи с ящерицей… Был раскован… Тьфу! Хорошая штука «Скорость», не помню ни черта. За что отдельное спасибо этому пойлу.

А парился я по снова вставшей проблеме — нужно убивать. И судя по всему — много.

Мы обогнули Кровлик по большой дуге и через пару часов были у его северной окраины. Встали в небольшом подлеске и стали ожидать артобстрела, который начался ровно в обозначенный срок.

Хлох находился на другой броне и, честно говоря, я был этому очень рад. Иначе он бы точно начал мне рассказывать, какие я вчера выписывал кренделя, а я их наверняка выписывал, потому как был чертовски пьян. Я хоть не проговорился, что я попаданец? Ну, это бог с ним, Хлох всё равно спишет на ту дверь, что прилетела мне в голову. Так что тут не страшно. Страшнее узнать подробности моих пьяных ухаживаний за Хайей.

Артобстрел начался именно с северных окраин. Иногда казалось, что мины и фугасы взрываются почти рядом с бронмашинами, и мы невольно сжимались. Потом звуки взрывов стали отдаляться, и парни начали заниматься оружием. Передёргивали затворы, кто-то обматывал вокруг руки ремень, кто-то просто поглаживал ствол, глядя в никуда, а я практически не шевелился, размышляя как мне лучше поступить.

Убивать не хотелось, тем более мирных жителей, поэтому в голове крутилась единственно правильная идея — слегка отделиться от своих. Недалеко, конечно, а то ещё и грохнут какие-нибудь местные защитнички. Лучше всего — поотстать, вроде как пошёл посмотреть в каком-нибудь доме и задержался малость. А потом идти в хвосте рассыпавшейся по улице цепи, и никто тебя не убьёт, и тебе стрелять не придётся.

Грозно взревел мотор, бронмашина дёрнулась, шесть сидевших на броне колыхнулись единой волной. Я успел схватиться за ручку командирского люка и отвёл стволом автомата ветку небольшого деревца, которое до этого стояло почти рядом с носом «Ящера», а потом как-то резко пронеслось мимо меня. Водила гарцевал и сорвался с места сразу на второй скорости. Пять-шесть секунд и подлесок остался за спинами, а наш «Ящер» вылетел на грунтовую дорогу. Слева и справа от него по полю неслись ещё с десяток бронмашин, откидывая колёсами с широкой мощной шиповкой комья земли. Внутри появилось чувство какой-то силы, или даже скорее — Силы. Само по себе, хотя я вовсе не хотел его ощущать.

Справа мелькнул давно некрашеный забор, когда-то бывший зелёным, потом слева. Я вдруг вспомнил, что являюсь командиром тех, кто сидит на броне и тех, кто находится в десантном отделении. С одной стороны плохо — как же мне легонько отстраниться от них? С другой стороны — можно крикнуть что-то — вы туда, вы туда, а я тут проверю. В общем, ладно.

— С брони! — скомандовал я, и парни стали спрыгивать на землю. Кто-то из них ударил прикладом в боковую аппарель, через пару секунд поднялась верхняя часть и тут же откинулась нижняя.

— Цепью. По трое в каждый двор, — отдал я очередной приказ и спрыгнул сам.

Так. Нужно всё сделать как можно естественнее.

Я бросил взгляд на ближнюю к нам бронмашину с которой тоже десантировались воины, и показав знак двум своим, нырнул в огромную дыру полуразрушенного забора. Наш «Ящер» в этот момент остановился, и оглушающе затарахтел крупнокалиберным пулемётом, хорошенько полив второй этаж двухэтажного здания слева.

А я с парой рядовых уже продирался сквозь высокую траву полузаброшенного двора. В глубине его деревянный дом, ещё глубже пара хозяйственных построек, слева железные качели, давно поржавевшие.

Я дал знак одному обходить справа, а сам со вторым двинулся к двери. Встал справа, напарник сбил прикладом старый напрочь проржавевший замок и открыл дверь ударом ноги. Я быстро шмыгнул в проём, дуло вместе с глазами нервно зашарило по комнате. Никого. Слева пробежал напарник и присел возле входа в другую комнату. Осторожно выглянул в проём, показал в противоположную сторону от той, куда смотрел. Я рванул вперёд и преодолел порог, направляя дуло в левый угол. Никого.

— Пусто. Чердак теперь.

Мы проверили чердак. Тоже никого.

— Так, парни, обратно, — скомандовал я, и спустя несколько секунд мы были на дороге.

Наш «Ящер» успел продвинуться дальше метров на пятьдесят, и нам пришлось догонять его, пропуская несколько дворов схожих с тем, где мы были, практически один в один. Поравнявшись с бронмашиной, я ломанулся в один из дворов слева. Но там уже работала группа. Ладно. Поищем другой.

— Парни, тот работаем, — я указал дулом винтаря вправо и первым направился к нему. Пролез в очередную дыру в заборе, и глянул на сам дом. Часть его была снесена миной или фугасом. Даже непонятно, как крыша в этом месте держится. Нависает скальным уступом над зияющей раной с торчащими из самана обрубками какой-то лозы. Я сделал пару шагов, и вдруг мне показалось, что внутри дома что-то шевельнулось. Точнее даже не шевельнулось, а пробежало. Я отчётливо разглядел небольшую фигурку, которая то ли заметив меня, то ли просто сама по себе скрылась за одной из стен.

«Вроде хвостик был? — спросил я сам себя, и тут же ответил. — Да, хвостик. Хвостик светлых волос. И приклад. Да? Или показалось? Чёрт!»

— Парни, двор проверьте, — бросил я приказ, машинально стерев несуществующий пот со лба. Нет, женщину я убивать не собирался, и не собирался смотреть, как её убьют мои подчинённые. — Туда кто-то побежал. За сараи.

Вояки разом кивнули, и полусогнувшись, сорвались в сторону покосившихся хозпостроек, а я, медленно вздохнув, сделал пару шагов к дому. Снова замер. А что если она из этих, как их там? Другая сила? Или что там Хлох говорил?

Но эту мысль я отбросил. О зачистке теплокровы знать не должны. В идеале, конечно…

Я поставил флажок на одиночные и короткой перебежкой приблизился к огрызку стены. Вжался в неё спиной и прислушался. Тихо, как за час до рассвета в каком-нибудь селе, когда ещё даже петухи спят. Правда я там был всего пару раз, да и то в детстве, и вроде бы в такую рань из дома не выходил… Впрочем, какая разница. Тихо очень.